Сначала был иприт. Потом фосген. Потом «реальность узнаем, когда всё вывезем». А в национальном парке тем временем действительно лежат 200 бочек с ртутью, мышьяком и диоксинами
История, которая развернулась в Чехии за последние два дня, — почти учебный пример того, как одна неосторожная фраза политика превращает серьёзную экологическую проблему в фарс. И как за фарсом едва не потерялась настоящая новость.
Понедельник: слово, которое взорвало ленту
В понедельник, перед заседанием коалиционного совета, депутат Филип Турек (Motoristé) сообщил журналистам: на территории национального парка Шумава в почву просачивается иприт — боевое отравляющее вещество времён Первой мировой войны.
Слово «иприт» действует на публику безотказно. Новость мгновенно разлетелась по СМИ и соцсетям.
Дальше, как отмечают чешские издания, последовали три разные версии заявления за один вечер. Иприт сменился упоминанием фосгена. Затем прозвучала уже совсем осторожная формулировка: «Реальность мы узнаем, когда всё будет вывезено и проанализировано».
Премьер Андрей Бабиш, по сообщениям СМИ, отчитал Турека за эти слова.
Вторник: министр приходит объяснять
Во вторник на пресс-конференцию вышел министр окружающей среды Игорь Червены (Motoristé) — по сути, чтобы исправить формулировки однопартийца.
Его версия оказалась одновременно и менее сенсационной, и более тревожной.
В бывшем военном полигоне Добра Вода у Прашил на Клатовщине, на территории национального парка Шумава, обнаружено:
- около 1000 тонн заражённой земли
- 200 бочек с опасными химикатами
- в их числе: диоксины, фураны, ртуть, мышьяк и хлорированные растворители
Про иприт министр не сказал ничего. Зато объяснил, откуда взялось слово «фосген»:
«Это вещества, которые, если бы на данной территории начали совместно работать — например, вследствие пожара, как мы пережили в национальном парке Чешская Швейцария, — могли бы создать поддерживающий механизм для этого коктейля, и мы бы фактически создали новое вещество по принципу фосгена».
То есть: фосгена там нет. Есть теоретический сценарий, при котором в случае крупного пожара смесь химикатов могла бы образовать нечто похожее.
Вторник, вечер: ведомство ставит точку
Окончательную ясность внесло Государственное управление по ядерной безопасности (SÚJB).
Его заключение по итогам изыскательских работ санационной фирмы Dekonta предельно чёткое: в локации не обнаружено веществ, исторически использовавшихся как химическое оружие — ни иприта, ни зарина. Ёмкостей с фосгеном там тоже нет.
При этом ведомство подчеркнуло: место всё равно представляет значительную экологическую нагрузку.
Что теперь будет
Работы уже расписаны по датам:
- 21 сентября начнётся вывоз ёмкостей — бочек и крупных резервуаров
- затем начнут вывозить заражённую землю
- полная санация продлится до июня 2028 года
- стоимость — около 192 миллионов крон с НДС
- территорию уже обеспечила полиция
Министр Червены сообщил, что немедленно после обнаружения проинформировал премьера и заказал анализ химических веществ по всей территории.
Кто виноват — и здесь начинается политика
Червены возлагает ответственность на предыдущее руководство ведомства. Бывший министр окружающей среды Петр Гладик (KDU-ČSL) парирует: территория проходила санацию, а ни о каких бочках он не знал. «Я знал только, что там провалился потолок и проводилась санация», — сказал он для Ekonomický deník.
Любопытная деталь: сам полигон Добра Вода возник, по словам заместителя министра обороны Радована Виха (SPD), ещё в 1952 году. Фотографии находки, опубликованные министром, датируются 2023 годом — то есть материал существовал уже несколько лет.
Что это значит на практике
Оценку эксперта, процитированную чешскими СМИ, стоит привести дословно, потому что она хорошо задаёт масштаб: «Никакой не Чернобыль, но без пиротехника я бы туда не пошёл».
Для туристов и жителей региона: территория закрыта и охраняется полицией. Национальный парк Шумава в остальном работает в обычном режиме — речь об одном конкретном участке бывшего военного полигона, а не о парке в целом.
И более общий вывод, который стоит держать в голове при чтении любых новостей: между «депутат сказал» и «ведомство подтвердило» иногда пролегает пропасть. В данном случае — размером с боевое отравляющее вещество, которого там не оказалось.