Три дня назад в Ланах вскрыли семейный склеп. Останки оказались в состоянии, которого никто не ожидал. А в дипломатических архивах нашлось свидетельство камердинера о трёх незнакомцах
«Мы прекрасно знаем, что это не случайность, когда человек вываливается из собственного туалета», — поётся в песне группы Jelení Lawyers.
Эта строчка — про Яна Масарика. И она хорошо передаёт то, во что верит большинство чехов уже 78 лет. Проблема в том, что вера — это не доказательство.
В среду, 2 сентября, полицейские эксперты эксгумировали останки бывшего министра иностранных дел из семейной гробницы в Ланах. Это шестое расследование его смерти. И первое, где применяются современные методы.
Сюрприз в гробнице
Первое, что удивило экспертов, — состояние останков.
Спустя почти восемьдесят лет тело оказалось не скелетированным. Оно подверглось процессу, который специалисты называют зомыдельнением (по-чешски zmýdelnění, научно — сапонификация, или образование жировоска). Это редкое явление, при котором жировые ткани превращаются в воскоподобную массу и тело сохраняется десятилетиями.
«Тело было эксгумировано в целостном состоянии, благодаря чему при многочасовом вскрытии удалось лучше прийти к однозначному выводу», — говорит Иржи Гладик, заведующий Институтом судебной медицины Факультетной больницы Краловске Виноградки, один из двух патологов, проводивших повторное вскрытие.
Опыт у него внушительный: по собственным словам, он «отвскрывал целый районный город» и Масарик — не первый видный политик на его столе.
Что нашли — и чего не нашли
По имеющимся сообщениям, следов насилия на тканях обнаружено не было.
Это звучит как ответ, но им не является. И вот почему.
Заведующий Институтом судебной медицины Павел Тоупалик, объяснявший перед эксгумацией её возможности, был осторожен: при таком интервале времени диагностические возможности резко ограничены. Ткани уже не в том состоянии, чтобы оценивать травматические или болезненные изменения. Ориентироваться приходится прежде всего по костям — там можно доказать переломы и другие повреждения.
Гладик формулирует главное ограничение ещё жёстче — прямо в заголовке своего интервью: «Если вас кто-то толкнёт, как вы это докажете?»
В этом вся суть дела Масарика. Падение из окна оставляет на теле одни и те же следы независимо от того, прыгнул человек сам, оступился или его вытолкнули. Кости ломаются одинаково.
Есть и ещё одна проблема, о которой напомнил Тоупалик: изначальное положение тела после падения до сих пор неизвестно. Когда прибыл врач для осмотра, тело, по имеющимся сведениям, уже не находилось в первоначальном положении. А это критически важно для биомеханики — для расчёта траектории падения.
Что нашли в архивах — вот это интереснее
Куда более взрывной материал обнаружился не в гробнице, а в дипломатических архивах Великобритании, США и Франции. Именно эти находки и стали поводом для нового расследования.
Главная из них — депеша сотрудника американской военной разведки, которому досталось свидетельство камердинера Масарика по фамилии Пржигода.
По этому свидетельству, за несколько часов до смерти к министру пришли трое мужчин, которых камердинер не знал. И которые начали с министром спорить.
Из донесённой фразы Масарика: «Это я вам не подпишу, требуйте от меня что угодно…»
Хронология расследований: пять попыток, ноль определённости
Чтобы понимать масштаб загадки, стоит взглянуть на историю следствий:
- 1948 — первое расследование, официальный вывод: самоубийство
- 1968–1969 — во время «пражской весны» дело открывают снова; тогда же впервые публикуются фотографии с того утра: огромный беспорядок в квартире, разбросанные подушки в ванной, окурки сигарет разных типов — в том числе советского производства
- 1993–1996 — расследование после падения коммунистического режима
- 2001–2003 — завершилось выводом: убийство, совершённое неизвестным лицом
- 2021 — последнее до нынешнего; не смогло доказать ни одну из трёх версий (убийство, самоубийство, несчастный случай)
Выводы этих расследований либо расходились, либо прямо противоречили друг другу.
Почему это дело не отпускает Чехию
Ян Масарик был единственным демократическим министром, который после прихода коммунистов отказался подать в отставку. Он погиб 10 марта 1948 года, менее чем через месяц после февральского переворота.
Его смерть — символическая точка, в которой Чехословакия окончательно перестала быть демократией. Пока остаётся хоть малейший шанс узнать, что случилось той ночью в Чернинском дворце, страна будет к этому возвращаться.
Окончательных результатов экспертиз придётся ждать месяцы. Но, судя по осторожным формулировкам судмедэкспертов, ожидать сенсации не стоит. Загадка, похоже, останется загадкой — просто с чуть более точными данными.